Геостратегические выводы из военного парада 3 сентября: Китай завершил переход от стратегической обороны к стратегическому противостоянию

Выводы о двойном переходе на военном уровне

Самое важное военное значение парада 3 сентября 2025 года можно свести к двум пунктам: во-первых, Китай полностью завершил военную трансформацию от стратегической обороны к стратегическому противостоянию, и вся необходимая система вооружений уже готова. Этот переход занял около десяти лет: испытательный запуск ракеты «Донфэн-17» в 2014 году ознаменовал начало трансформации, парад 2019 года, на котором было официально представлено это вооружение, подтвердил, что трансформация вступила в фазу ускорения, а парад 2025 года провозгласил полную зрелость трансформации. Во-вторых, китайские вооруженные силы завершили трансформацию по пяти направлениям: системность, модульность, информатизация, интеллектуализация и безпилотизация. При обновлении вооружений используется четырехэтапный подход: «исследование одного поколения, предварительная разработка следующего, разработка текущего и производство текущего». На этапе производства придерживаются стратегии «малых шагов и быстрых темпов», осуществляя переоснащение небольшими партиями и с высокой частотой в соответствии с потребностями, что позволяет избежать растраты бюджетных средств.

Хронология экономической подготовки к стратегической трансформации

Стратегическое планирование на экономическом уровне началось еще раньше, а 2013 год стал ключевой отправной точкой:

• В ноябре 2013 года на третьем пленуме XVIII ЦК КПК инициатива «Один пояс, один путь» была повышена до уровня государственной стратегии.
• В марте 2015 года инициатива «Один пояс, один путь» была включена в доклад о работе правительства, и большинство иностранных гостей, приглашенных на этот парад, прибыли из стран, расположенных вдоль маршрута инициативы.
• 11 августа 2015 года была реализована валютная реформа, в ходе которой был установлен механизм формирования курса юаня «закрытие торгов + корзина валют + антициклический коэффициент», что заложило основу для интернационализации юаня;
• в ноябре 2015 года началась реформа предложения 1.0;
• в июле 2016 года завершилось испытание военного давления в Южно-Китайском море;
• В декабре 2016 года был закреплен принцип «жилье для проживания, а не для спекуляции», что позволило снизить внутренние экономические риски.

Эта серия политических мер является системным ответом на объявление США в 2011 году о переносе стратегического фокуса в Азиатско-Тихоокеанский регион и официальный запуск стратегии «перебалансировки» в Азиатско-Тихоокеанском регионе в 2012 году. Первоначальная стратегическая цель США заключалась в том, чтобы ограничить влияние Китая «к северу от Гималаев и к западу от Тайваньского пролива», что по сути означало превращение Китая в страну, не имеющую выхода к морю, и лишение его морских прав. Однако Китай, реализуя инициативу «Один пояс, один путь», сначала прорвался на запад для обеспечения энергетической безопасности, а затем направился на восток в поисках морских прав, что полностью нарушило стратегические планы США.

Внешнее подтверждение этапа стратегического противостояния

После 2025 года появятся явные внешние сигналы о вхождении Китая и США в этап стратегического противостояния: последний проект оборонной стратегии США показывает, что ее центр тяжести вернется на американский континент, и она вновь обратится к доктрине Монро, фактически признав реальность невозможности сохранить абсолютное превосходство в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Хотя трансформация на экономическом уровне по-прежнему сталкивается с серьезными вызовами, трансформация на военном уровне уже полностью завершена.

Политические и дипломатические сигналы парада

Политическое значение этого парада намного превосходит военную демонстрацию: Китай четко обратился к миру с призывом проститься с системой холодной войны и вернуться к системе Второй мировой войны, в основе которой лежат справедливость и правосудие. Современным конкретным выражением этой позиции является концепция «сообщества общей судьбы человечества», подчеркивающая совместное противостояние народов всех стран историческому реверсу, а не ограничивающаяся сотрудничеством на правительственном уровне.

Разногласия в восприятии западного мира

Реакция западной аудитории на парад 3 сентября явно разделилась на несколько слоев:

• Западные политики уделяют основное внимание дипломатической стратегии и стратегическим намерениям Китая;
• Западные военные в основном изучают систему вооружения и тактику ведения боевых действий;
• Обычные западные граждане демонстрируют три типа отношения: полное непонимание, страх и призывы к противостоянию, а также сомнения в том, что форма проведения парада соответствует западным стандартам «демократии и свободы». Большинство западных людей не только не знают, что этот парад посвящен 80-летию победы в антифашистской войне, но и широко распространено ошибочное представление о том, что «американские вооруженные силы обладают более богатым боевым опытом и, следовательно, более сильны», что является результатом длительной работы западных СМИ по формированию общественного мнения. Отказ традиционных антифашистских стран, таких как США, Великобритания и Франция, от участия в параде по сути является сопротивлением изменениям существующего международного порядка.